Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

yellow

(no subject)

Я все время забываю о разнице во времени. О шести-семи часах, которые нас разделяют. Часы превращаются в дни, в недели - я все время за вами не успеваю. У вас уже пятница и, наверное, лето - у меня сегодня был замечательный мелкий дождь, пирожное с кремом, почти как в детстве, и первая мелкая северная клубника.
Спасибо вам за все пожелания ко дню рождения. Я не удивлюсь, если все сбудется.
Я с удивлением вспоминаю время, когда я не любила свое отражение в зеркале, одевалась в черное, страдала от одиночества и жалела о прошлом. 35 лет - замечательный возраст - у меня больше нет времени на подобные глупости. У меня столько ненаписанных сказок, недописанных писем, столько рассветов, которые обязательно нужно увидеть из окна на восток, столько удивительных открытий и сладких яблочных пирогов, что совершенно не остается времени быть несчастной. И, кажется, это и есть счастье.

DSC_0963
yellow

накануне

Накануне собственного дня рождения я каталась на поющих качелях. Мимо неслись машины по проспекту, пахло летним, горячим городом, а качели пели свою трогательную и немного грустную песню.
Накануне собственного дня рождения я видела магазин под вывеской "Вечное рождество", вход в который охраняли щелкунчики в красных мундирах.
Накануне собственного дня рождения я шла по лужам теплого, облитого первой летней грозой. Шуршали машины, обдавая прохожих летними брызгами, из окон звучала летняя музыка и люди улыбались по-летнему, беззаботно и застенчиво.
Спасибо за этот год и за будущий. Спасибо за то, что все впереди.

DSC_8335 DSC_8341
DSC_8347 DSC_8373

Правдивая Рождественская история

Я давным-давно хотела рассказать вам эту историю. Я даже рассказывала ее однажды, своими словами, но мне хотелось сделать это еще раз и обязательно от первого лица и обязательно в день Рождества. Это совершенно правдивая история, случившаяся 25 декабря 1956 года на East 50th Street в Нью-Йорке словами главной героини и с чудесными фотографиями Наташи Малыгиной, хозяйки блога Milk and Snow.
Счастливого всем Рождества!





Collapse )

Сегодня день рождения у Хло

хотя, может быть, и не сегодня, а мы с Аней все придумали. Точнее, придумала я и рассказала Ане, потому что,
если уж совсем начистоту, я считаю что дней рождения у Хло должно быть три, или даже четыре в год. Чем больше, тем лучше!
Можно даже праздновать эти дни в разных уголках мира, задувать символические свечи на капкейках и обмениваться символическими подарками.
Потому что это день рождения Хло, понимаете? Если еще не понимаете, то заходите к ней в гости - и все поймете.
У меня, например, бывают дни, когда я совершенно уверенна, что у меня все не так и ничего не получится.
Тогда я иду в гости к Хло и прямо с порога серьезно говорю ей:"Хло, я совершенно точно знаю, что у меня ничего-ничего никогда-никогда не получится!"
А она говорит мне в ответ: "Вера, расскажи сказку!" И я, конечно, рассказываю.
А бывают дни, когда ноги у меня сами отрываются от земли. Я прибегаю к Хло и кричу с порога: "Хло, давай волшебничать!"
И мы, конечно, волшебничаем. Или хотя бы говорим о волшебстве.
Потому что, знаете как устроен мир? В мире есть феи и у каждой феи есть своя фея-крестная, а у этой феи есть своя фея и так далее.
Потому что мир покоится на равновесии фей. Совершенно серьезно.

Поэтому, эй, слышите, с днем рождения Хло!

Хло и все, что пригодится в дороге...


После обеда Хло забирается с ногами в бабушкино кресло-качалку, прищуривает глаза до узких щелочек и качается так взад-вперед. Тогда можно приставать к ней с вопросами. Хло всегда очень красиво объясняет, с подробностями, как в книгах, только не совсем понятно. Однажды она сказала мне: “Представь себе, Майка, что Каменная улица - это большой котел с волшебством. Волшебство в нем, знай себе, варится, а я его время от времени помешиваю, чтобы не подгорело.” Тут я хотела возразить, что площадь перед ратушей гораздо больше подходит для котла - она круглая и со всех сторон окружена красивыми домами. И как же получается: если все волшебство варится на Каменной улице, то что достается остальным? И какое волшебство сварится из вороха старых подтяжек, ношеных лифчиков и сломанных игрушечных паровозов, которые Хло извлекла из недр соседского шкафа? В другой раз Хло сказала: “Видишь ли, Майка, мир - это что-то вроде старого часового механизма: здесь его надо смазать, там шестеренку заменить, где-то паутинку смахнуть - вот я и бегаю из города в город, от улицы к улице.” Тут я разволновалась: получается, Хло не только ко мне в гости ходит? Как же она, бедная, все успевает? И чем ее кормят в этих других гостях? Мир ведь огромный, а в Хло всего метр-пятьдесят роста! Но чаще всего Хло просто вздыхает: “Вот, Майка, мы и навели порядок на задворках мира.” И я понимаю, что задворки мира - это Каменная улица и мне совсем от этого не обидно.

Портрет Хло в авторства Ани pastelanna

Сказочный ноябрь: Улетает

Этьен улетает



Осенью Этьен пах каштанами и желтой листвой и северным ветром, толкающим на юг целые стаи птиц. Я догадалась, что ему все труднее возвращаться домой. Старушки издали смотрели на меня с укоризной и, как могли, сами лечили почтальона от осенней хандры. Возвращаясь с работы, он высыпал из карманов на обеденный стол горы карамели и доставал из сумки две-три банки домашнего вишневого варенья с косточками. К октябрю я принялась за дело. Я сняла в гостиной шторы, извиняясь вслух перед домом и обещая к зиме сшить точно такие же, распотрошила пару подушек и, закрывшись на чердаке, принялась шить. Я толком не умею шить, просто вещи и события в моих руках сами принимают нужную форму. Я сшила их всего за неделю: большие, мягкие крылья, уютные и широкие, чтобы можно было ими накрыться холодной ночью. Я отдала их Этьену, точнее повесила с вечера на железную спинку нашей кровати, а сама ушла на чердак, чтобы не мешать. Старый дом взволновано скрипел и шуршал, часы били что попало - то ли тринадцать ударов, то ли четырнадцать.
-Не волнуйся, - сказала я дому, хотя сама волновалась не меньше его - весна всегда приходит быстрее, чем мы думаем.
- На Рождество мы нарядим елку, - пообещала я. Как жаль, что Этьен всегда пропускает елку и подарки, предназначенные ему, приходится прятать на верхнюю полку шкафа до весны.
В этот раз Этьена было видно гораздо дольше - это из-за крыльев, которые, казалось, занимали полнеба. Когда он совсем скрылся из вида, я с замиранием сердца взобралась на крышу и привязала к печной трубе красную шелковую ленту. Просто так, на всякий случай и для собственного успокоения, ведь крылатые без посторонней помощи находят дорогу домой.
Текст: Вера Ковалева из сказки "Вилла "Счастливые дни""
Иллюстрация: Анна Петрова pastelanna


Последний день сказочного ноября. Завтра декабрь, послезавтра Адвент и совсем уже скоро Рождество и Новый год. Я до сих пор верю, что в Рождественскую ночь нужно загадывать желания, и что с двенадцатым ударом часов с декабря на январь можно мечтать новые, более дерзкие мечты.
Спасибо вам за наш общий сказочный ноябрь. Я надеюсь, что он был добрее к вам и теплее, чем обычно, хотя бы чуть-чуть.
yellow

Сказочный ноябрь - день первый

Gaspar1

"В тот день мне было не до шуток - нужно поскорее замесить тесто, чтобы запах от него шел густой, пряный и сладкий, такой, что и дом и улица, до самой Рыночной площади, задышали бы Рождеством. Таков обычай. Каждый день, начиная с первого четверга после дня всех святых и до первого Адвента, хозяйки пекут по рождественскому пирогу, дабы в городе в это безрадостное и холодное время пахло праздником.
- Куда запропастился этот мальчишка? - топнула я ногой, сняв с плиты закипевшее молоко и всыпав в него две щедрые, с горкой, ложки какао. Кружки, ложки, большое медное сито и надколотая фарфоровая тетушкина супница подхалимски зазвенели: “Куда? Куда?”
- Он здесь! - испуганно тренькнул дверной колокольчик и я выбежала из кухни, почувствовав неладное.
Гаспар стоял на пороге, опустив голову, руки держал за спиной, а щеки его покрылись неровными красными пятнами.
- Неужели все съел по дороге?! - ахнула я. - А шапку куда дел?
Гаспар энергично замотал головой, отвечая на мой первый вопрос, и достал из-за спины свою серую кепочку, в которой что-то трепыхалось и попискивало.
В кепке сидела птица: маленькая, испуганная, быстро моргающая птица. Мне даже показалось, что я слышу, как быстро бьется ее сердце.
- Негодник! - Накинулась я на Гаспара. - Выпусти немедленно птицу!
- И не подумаю, - гордо ответил Гаспар. - Я сам ее купил у птицелова.
Ах, вот оно что и вот куда делись мои цукаты!
- Теперь пойди и продай ее обратно, - прикрикнула я на Гаспара.
- И не подумаю, - как заведенный повторял Гаспар. - Еще что придумала! Это заколдованная птица.
Птица робко чирикнула. Зимой десятки ее товарок, маленьких и быстроглазых, ожидали моего появления в кухонном окне. Я затапливала печь, раскрывала ставни и высыпала на карниз щедрые горсти зерна.
- Неужели, волшебная? - Ядовито прошипела я. - И что же, можно мне загадать желание?
- Загадай! - Неожиданно обрадовался Гаспар и посмотрел на меня так, словно мы и не ссорились.
- Садись пить какао, - вздохнула я, а сама наскоро обулась и отправилась за цукатами. "
Текст: Вера Ковалева из сказки "Двадцать пять рождественских пирогов"
Иллюстрация к сказке: Анна Петрова pastelanna


Collapse )
yellow

Пеан, ученик Асклепия

- Красивые цветы, - буркнул Эрик, взглянув на неожиданный букет пионов у меня в руках, - но эфемерные.
Эрик - не из тех, кто тратит деньги на букет цветов, рискующий не простоять и недели.
- Мои любимые цветы, - уклончиво ответила я, чтобы не ввязываться в спор в собственный день рождения. У нас с Эриком разное понимание долговечности.

Когда бабушка еще могла самостоятельно ездить на дачу, она привозила мне охапки пионов: пурпурных и белых с нежными розовыми прожилками. Приходилось отдавать им все вазы - старые, хрустальные с резьбой, такие тяжелые, что казалось, уронишь одну и под ней проломится деревянный пол и потолок нижнего этажа и дальше до самого ядра земли. Пионы стояли, вытянув головки - хрупкие войны в хрустальных доспехах - к полудню дом насквозь пропитывался их запахом: даже кухня, даже мое праздничное платье, даже испеченный накануне мамой пражский торт пахли пионами. Мы оставляли их в вазах до последнего, пока не лысели головки и на столе не вырастали пурпурно-розовые сугробы, пока на бабушкиной даче не начинался сезон летних роз.

Древнегреческий врач Пеан, ученик Асклепия, так преуспел в искусстве врачевания, что затмил славу своего учителя. Он исцелил воинственного бога Ареса от раны, нанесенной тому царем Диомедом, и Аида, пораженного Гераклом. Асклепий, сам когда-то бывший смертным и ставший богом, из зависти решил убить Пеана, но Зевс спас его, превратив в цветок.

- Знаешь ли, Эрик, - хотелось мне сказать, - что люди лишь немногим долговечней цветов? Знаешь ли ты, что лекарь Пеан умел воскрешать умерших и вспять поворачивать время? Знаешь ли ты, что в эту минуту мне не тридцать-три - мне двенадцать и за окнами кричит детвора и гости уже собираются, нужно встретить их у метро, потому что дорогу к нашему дому не находят даже таксисты? Знаешь ли ты, что нет подарка ценнее, чем одно-единственное счастливое воспоминание?
Я молчу и прячу лицо в розовой бахроме, чтобы не затевать в собственный день рождения бессмысленных споров.

DSC_4153

Collapse )
yellow

Господин Рождество

Я сегодня начала утро с письма господину Рождество.

Так зовут нашего бухгалтера - monsieur Noël. Я пишу как полагается "Bonjour Monsieur Noël" или "Cher Monsieur Noël" или просто "Monsieur Noël", чтобы не миндальничать, и дальше что-то скучное про цифры, отчеты по зарплате и отчисления в пенсионный фонд. Я представляю себе, как месье Ноэль, одетый в мягкий твидовый пиджак, кудрявый и румяный, с надеждой пробегает глазами мое письмо и лицо его вытягивается от разочарования. Разве человека по имени Рождество могут интересовать отчисления в пенсионный фонд?

На самом деле мне хочется написать ему про шоколад, про хорошие книги, про рассветы, про теплых котов, про друзей и про то, чего я жду в подарок. Я могу представить себе, как обрадовался бы месье Ноэль, получив от меня такое письмо, как он потер бы мягкие ладони и поставил бы крестик в потертом блокноте, извлеченном из тайного кармана его пиджака.

Поэтому я прямо сейчас и здесь, без всяких формальностей напишу месье Ноэлю все, о чем я мечтаю - не на всю жизнь, а только до этого Рождества. И вы напишите внизу то, о чем мечтаете - пусть себе потирает руки.

Collapse )
DSC_0211

Теперь ваша очередь.
yellow

Мешок звезд

Никогда ничего нельзя забывать. Запомнишь? Ce qui est oublié perdu - что забыто, то потерянно.
Нужно бережно складывать все в тонкий льняной мешок памяти и завязывать сверху надежным узлом.
Все поочереди: падающие звезды, прохладные августовские яблоки, мятный сироп со льдинками, отгоревшие ракеты фейерверка, прилипшие к коже песчинки. Со звездами много мороки: они капризны и процарапывают острыми концами дыры в мешке. Не успеешь оглянуться - и уже что-то забыл.

Поэтому я отдаю часть добра тебе - вместе что-нибудь да донесем до зимы.Я люблю тебя за то, что ты не забываешь самого главного: первой прогулки по берегу моря, ночи в горах в ожидании звездопада, альпийских дождей, ужина под старым фиговым деревом.
Я люблю тебя за то, что ты не забываешь меня.
Как мы с тобой хорошо придумали - полюбить друг друга в конце лета, когда впереди целая осень, а за ней Рождество. Знаешь, этой осенью, именно этой, самое главное обязательно сбудется, или я не фея.

DSC_1182

Collapse )