Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

yellow

Монреаль. Первое августа. Дорогой Леонард Коэн

- "Я люблю свой океан," - сказала Летти и я понял, что наше время у пруда подошло к концу.
- "Это ведь понарошку," - заметил я, чувствуя, что этим признанием предаю собственное детство. - "Твой пруд - не океан. Не может быть океаном. Океаны больше морей. Твой пруд - просто пруд."
- "Он такого размера, какого нужно," - раздраженно ответила Летти.
Нейл Гейман "Океан в конце тропинки"


Дорогой Леонард Коэн,

иногда мое утро начинается в кафе на перекрестке улицы Уэстбури и проспекта Королевы Мэри. Сегодня я задумалась, в честь которой из королев монреальцы назвали проспект: в честь злобной старухи Мэри, державшей в тюрьме собственную сестру, или в честь глупой красавицы Мэри, влюблявшейся в неподходящих мужчин?

Иногда мое утро начинается со взбитых сливок. Девушка за барной стойкой начала узнавать меня в лицо. Я прошу ее взглядом: "Поменьше кофе, побольше сливок, пожалуйста!" Иногда для того, чтобы проснуться, не нужен кофе. Достаточно джаза, висящего в воздухе запаха дождя, пяти свободных минут и робкого вдохновения. На блюдце для чаевых написано "Зима приближается". Я начинаю первое августа с мыслей о первом снеге.

Иногда в полдень мне удается улизнуть в соседний парк. Говорят, что когда-то он был настоящим лесом. Говорят, что где-то в парке, в центре большого города, водятся настоящие лоси, но я пока видела только енота и белок. Я прихожу с карманами, полными изюма и орехов, и жду, когда парк, привыкнув ко мне, покажет свою лесную сущность.

Я верю, что чудеса можно найти, докапываясь до сути вещей. Желая узнать, почему старики называют мой скромный парк Четвертым лесом, где живут бобры с Бобрового озера, почему вода из крана иногда пахнет океаном, а ветер приносит ароматы южных цветов в города в середине зимы.

Иногда по вечерам я нахожу чудеса на обочине улицы. Солнце, качающееся на тонкой ветке, доверчивого воробья, клюющего крошки почти из рук, а сегодня после дождя - три алых кленовых листа, поторопившихся упасть с дерева мне под ноги.

Дорогой Леонард Коэн, мне чудо как хорошо в этом городе. Кожей, сердем и голыми коленями я еще чувствую лето, но в кармане несу домой первое поздравление с Рождеством.

photo
photo
photo
photo
yellow

Лес

Утром за мостом начинается город. Большой город, высокий город. Город, похожий на лес. Дома, как башни. Башни, как деревья, упираются ветками в небо, запускают корни глубоко в асфальт. Раз-два - ты заблудился. Три-четыре - выходи искать. Ты бежишь, спотыкаешься, хватаешь воздух, ищешь, теряешься, вздрагиваешь от неожиданности. Догоняешь, догоняешь - никак не догонишь. Город быстрее тебя, у города тысяча ног, десять тысяч ушей, миллион внимательных глаз. Город спереди и город сзади, дышит в спину, шепчет на ухо, щекочет ноздри, хватает за руку и крепко держит. Город дразнит, тревожит намеками, любит-не любит, верит-не верит, сбудется-не сбудется.

Вечером за мостом начинается лес. Большой лес, густой лес. Лес, похожий на город. Деревья, как башни. Корни, как лестницы, на верхних ветвях развешаны облака. В норах спят еноты, в дуплах прячутся белки, в травах гнездятся серые птицы. Раз-два - не сходи с тропинки. Три-четыре - не заблудись. Тропинка бежит от опушки к озеру с кувшинками, вглубь через заросли папоротника и ядовитого плюща к утиному болотцу. В утином болотце плавают и не тонут прошлогодние листья и белые тополиные хлопья превращают воду в молоко. У леса тысяча рук, десять тысяч внимательных глаз, миллион увещательных голосов. Лес хватает тебя в объятия и держит, пока вечерние тени не совьются в серый клубок, пока не умолкнут птицы и не затихнит, утешившись, сердце.

DSC_8410

Collapse )
yellow

Сказочники путешествуют инкогнито

Мне нужно вспомнить, кто я
и зачем приехала в этот город.
В город красного кирпича, пыльных улиц в оправе сирени и забытых у крыльца велосипедов.
В город, где то жарко, то холодно и на каждом шагу можно разжиться чаем в картонном стаканчике.
В город, где иногда по утрам идет дождь и кажется, что кто-то невидимый ходит, скрипя паркетом, вокруг кровати.
Город, так похожий на города моего детства, зеленый, вельветовый, кленово-каштановый, вишнево-комариный, что ты прячешь в карманах?

Мне нужно вспомнить, куда я дела чернильную ручку, где подевался блокнот с незаконченными историями, где прячутся Лека и Перепелка и грусные феи и одинокие волшебники.
Мне нужно найти, где в этом городе обитают сказки.
Мне нельзя, никак нельзя забыть, кто я и зачем приехала в этот город.

DSC_8276 DSC_8277

Collapse )
yellow

Город Не

На первый взгляд город кажется бесцветным, закрывшимся от посторонних тонкой вуалью неясной погоды. Я еще на вокзале придумала ему описание, полдесятка прилагательных, начинающихся с приставки “не”: неспешный, невычурный, негромкий, ненавязчивый, нежный... Большой город, тонущий в пуховой перине неясной погоды.
- Пойдем, - встречает меня Аня. У Ани гладкая кожа и румянец на щеках и голубые глаза подведены стрелками. - Сначала выпьем по глотку города, а дальше к реке.
Река оказывается цвета некрепкого кофе с молоком - можно тоже зачерпнуть ее в чашку и пить, подсластив ванильным сиропом.
- Хороший город, - говорю я Ане, сделав первый глоток. В душе тепло, как будто кто-то подлил в кофе рома.
Неяркий, с правильными, серыми линиями домов, мостов и телебашни на бежевой поверхности, с уложенной камень-к-камню брусчаткой, с одинаково подстриженными шевелюрами платанов, выстроенных по росту: старую набережную сторожат деревья-старики, ближе к телебашне сгрудился платановый молодняк.
Неожиданный, с вспышками цвета, с кривыми домами, с пластмассовыми человечками, с тайными переулками, с красивыми девушками, прячущимися за обложками раскрытых книг, как за шторой неясной погоды.
- Да, - соглашается Аня. - Хороший город. Я рада, что тебе он понравился.
Нешумный, неброский, нежный немецкий город.

DSC_6754

Collapse )DSC_6709 На фото Дюссельдорф и Аня am1975
yellow

Произношение французских глаголов

Je t’aime beaucoup по-французски меньше, чем просто je t’aime. “Много любить” можно все, что угодно: шпинат, холодные обливания, гулять с путеводителем Lonely Planet, футболки с Микки-Маусами. Просто любить можно только то, что по-настоящему любишь. И людей в количестве меньшем, чем пальцы на двух руках.

Je t’adore по-французски меньше, чем просто je t’aime. Смешно даже сравнивать. Обожают обычно громко, слегка закатив глаза, томно протягивая букву о и ухитряясь при этом натужно выдохнуть: “j’adooooooooooore !” Любят шепотом.

В этом глаголе - aimer - нечего придыхать, нечего протягивать, негде вставить паузу, ни ударение - он заканчивается быстрее, чем успеваешь его услышать. Это самый французский из французских глаголов - на один слог, на одно биение сердца.

Je t’aime - можно натренироваться произносить его совсем коротко, как французы: “жтэм”, чтобы волей фонетики “я” “ты” и “люблю” слились в один шипящий звук.



Истории в фотографиях - от светлой и мудрой Оксаны Тысовской springfrom

Collapse )
yellow

Седьмая планета

...я с гордостью объяснил ему, что умею летать. Тогда он воскликнул:
- Как! Ты упал с неба?
- Да, - скромно ответил я.
- Вот забавно!..
И Маленький принц звонко засмеялся, так что меня взяла досада: я
люблю, чтобы к моим злоключениям относились серьезно. Потом он прибавил:
- Значит, ты тоже явился с неба. А с какой планеты?
Антуан де Сент-Экзюпери, Маленький принц


- Подумать только, - скажу я, свалившись однажды утром откуда-то с неба на вашу веранду. Но не спешите сердиться, во-первых я не нарочно, во-вторых я постараюсь ничего не разбить. - А на моей планете летом идут дожди. Чудесные, свежие летние дожди. После них расцветают маки - величиной с ладонь, а то и больше - две ладони, сложенные ковшом. На моей планете облака тихо скользят по склонам гор, пробираются деревенскими улицами и ночуют в крестьянских садах. На моей планете по дорогам чинно и медленно шествуют улитки, а вдоль дорог растет подорожник, все исцеляющий, от царапин до разбитого сердца.
- На моей планете, - гордо сообщу я вам, - маленькой точке, потерянной в стоге бесконечного Млечного пути, наступило тридцать второе июня, а завтра будет тридцать третье, если только мне не захочется перевернуть календарь на новую страницу.

DSC_5166

Collapse )
А что происходит на вашей планете?
yellow

Птичье дерево

В каждом городе есть такое место, дерево или два, где по вечерам собираются все городские птицы. Они перекликаются друг с другом, пересмеиваются, учат птичьих подростков премудростям жизни. А может быть, они просто репетируют хоровое пение. Их голоса заглушают шуршание шин и стук каблуков и человеческое присутствие. Я ненадолго задержалась под птичьим деревом и поспешила дальше, неслышная и незаметная.

Я рассказала вам это без всякого повода. Просто сегодня, в который раз, я встречала осень. Просто сегодня, впервые за год, погода заставила надеть чулки и завернуть горло в зеленый шарф. Просто сегодня был понедельник и город беззубо смеялся пустыми терассами. Просто сегодня мне удалось найти столик в теплом кафе и из окна наблюдать за осенью, а осень, ручаюсь, прижала нос к стеклу и пялилась на меня в ответ.

По-моему, очень важно вести календарь. Каждый год отмечать в нем карандашом начало: первый дождь, первый лист, первый поцелуй, первое купание в море, первый кофе с корицей и сладкой молочной пенкой, в первый раз замерзшие пальцы. Пусть за ними будут еще и еще - важно, чтобы у всего было свое начало.

Automne
yellow

Тайная жизнь морских пейзажей

Бело-опалловая, соленая осень на длинной полоске песка между морем и лиманами. Только моя.
Collapse )

DSC_1187

Здесь странно жить, как будто на другой планете, как будто вокруг только песок, вода и соль. Я потихоньку собираю ракушки, набиваю ими карманы, шероховатыми и трещащими, про запас, до того часа, когда я вернусь в мир машин, метро и дождей и буду скучать по морю. Я без ума от ракушек, рыбацких сетей, велосипедов, заборов из палочек и розовых птиц фламинго. Я собираю на память мелкую гальку и ношу в кошельке, с фотографиями любимых людей.

А вы в чем храните воспоминания?
yellow

La Transhumance. Часть первая

Du latin trans (de l'autre côté) et humus (la terre, le pays)

Мама учила, что в первую ночь на новом месте надо запрятать под подушку расческу и загадать на суженого. Вам снилось? Мне - ни разу. А вот теперь, когда гадать уже нечего, ужасно захотелось заснуть, нашаривая рукой пластмассовые зубья и наспать себе что-нибудь судьбоносное.

Я открываю каждый новый дом, новый город как новый материк, даром что до меня на нем уже жили. Я прокладываю через них дорожки и придумываю им имена. Пальмовый город, город-вчера, город, где улицы засажены апельсиновыми деревьями, как же ты будешь называться? Твое солнце встает в кустах лавра справа от моего балкона, твои абрикосы пахнут морем, а море пахнет розовым вином. Апельсиновый город, что у нас получится? Я вот-вот приобрету привычку писать белым корректором свое имя на старых камнях - пусть что-то останется, когда я уеду. Ты - не последний и потому я готова тебя любить.

У меня три причины любить тебя: почта в старой пожарной казарме красного кирпича, чайки, что летают кругами над моим балконом и порт, куда можно приходить вечером смотреть на закаты. Каждый вечер в каждом новом городе я отчаянно скучаю по его предшественникам и тоскую по тем, что будут после. Потому я люблю тебя, лазурный город - ты мост между моим неожиданным прошлым и неизвестным будущим. Будь ко мне нежен, дари мне красивых женщин, собак, запах пекарен, книжные магазины, мужчин с шарфах, велосипеды, миндальный дух и чужую музыку. Ты такой, о каком я мечтала - со стаями чаек и кораблями, возвращающимися вечером в порт.

DSC_0528

Collapse )