Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

yellow

Дождливое воскресенье пятого октября

Дождь сначала пошел, потом полил, потом задул северный ветер, хлопая ставнями и размахивая ветками деревьев - и через обнажившиеся за одно-единственное утро ветки я увидела бледное, высокое небо и поняла, что в этот раз лето ушло по-настоящему и надолго.
Позавчера, в дождливое воскресенье пятого октября, мы одновременно услышали протяжный крик. Я рванулась к окну, уронив с колен книгу, и успела увидеть темные силуэты, удалявшиеся в сторону моря. Ты приглушил радио, чтобы мне было лучше слышно. Вот еще один клин и еще: дикие канадские гуси улетали на юг, не дожидавшись первых ночных морозов.
К утру ветер окончательно осмелел и принялся швырять в окно сухими, промокшими листьями, сводя с ума нашего флегматичного кота. “Как хорошо, что у нас нет собаки,” - подумала я. - “С ней бы пришлось гулять в любую погоду. Она бы валялась на мокрой земле, бегала бы за листьями, набирала их полную пасть, лаяла бы на белок и приносила бы в дом, как трофей, запах осени.”
Позавчера, в дождливое воскресенье пятого октября, город остро пах мюнстерским сыром. Я не особо жалую мюнстерский сыр, но мне захотелось намазать посеревший от осени город на хлеб и запить горячим кофе.
Утром шестого октября серая поверхность нашей ленивой реки вздыбилась сердитой пеной. “Как хорошо,” - подумала я, - “что у нас с тобой есть запас осенних яблок, кукурузы и каштанов.” Я купила грецких орехов и свежей клюквы для нантакетского пирога. Чтобы, когда ты вернешься домой, ты узнал, что наступила осень.

DSC_9250

DSC_9260

Collapse )

Первый дождь

Первого января нового года пошел дождь. Мы немного смутились и даже думали поменять было планы, но во Франции говорят, что дождливая свадьба к счастливому браку и, решила я, почему бы не применить эту примету к отношениям с новым годом.

Я люблю первое января как никакой другой день. Тридцать первое декабря похоже на последний лист школьной тетради, который торопливо и уже кое-как дописываешь, думая про себя, ведь правда же, что никто не проверит. Я, не умеющая и не любящая подводить итоги, завершать, доводить до конца, прощаться и заканчивать, даже двери закрывать на замок, честное слово, с наступлением последних сумерек года закрываю глаза и тороплюсь досчитать до двенадцати.
Первое января - мой любимый день, похожий на чистый лист новой тетради в любовно выбранном переплете. На нем еще нет ни точки, ни запятой, он гладок и приятно прохладен наощупь, он пахнет свежей бумагой, дорогами и духами еще незнакомых людей. Жизнь без первого января была бы невыносима, как роман без абзацев.
Первого января можно не торопиться. Земля замедляет вращение, жизнь ждет, как терпеливый торговец, пока я придирчиво выбираю первую книгу года, первую прогулку, первое слово первой сказки. Первого января каждая мелочь кажется важной, каждая фраза - поворотом сюжета.

И хотя я не люблю не списков, ни хронологий, ни прямолинейных отчетов, вот каким был мой первый день нового года, с дождем, львом, зеброй, фламинго и парой страусов в парке Золотой головы, с таинственным островом и почти закатом на берегу Соны.
За кадром остались только две золотых собаки, Фродо Бэггинс, покидающий Шир, портрет Леонарда Коэна, бутылка красного вина, ром, настоянный на яблоках и корице, разговор за полночь и кот на пианино. Взамен я расскажу вам десять своих желаний на этот год, но не списком, а, как водится, в строчку.

DSC_7666
Collapse )
yellow

Город Иф

О, искатель секретных дверей и тайных пассажей, любитель старинных книг, ловец редких солнечных лучей, заблудившихся в кривых переулках, внимательный наблюдатель нашей жизни, закрывающейся от жары тюлевыми занавесками, друг недоверчивых городских кошек, любитель крутых черепичных крыш,

о, наивный поэт, восхищенный тишиной и убогостью наших проженных солнцем, усыпанных мертвыми розовыми цветами улиц, гость, появляющийся рука об руку с золотой июльской жарой, с невыносимой ленью, с неутолимой жаждой, которую не обманешь ни холодной водой ни кислым молодым вином,

о, несведущий, беспечно входящий под темные своды городских ворот, не замечающий, как у тебя за спиной остановились фигурные лапы курантов - город уже не выпустит тебя из цепких объятий, оплетет путанницей перекрестков, одурманит запахами чеснока и меда, ловко заманит в свою утробу, свяжет тебе ноги, заплетет язык,

ты уже не вырвешься, ты станешь, как мы, пленником желтых, прокаленных солнцем, стен, деревянных ставен, цветастых пододеяльников, черного кофе на липких столиках,

но если тебе, о станник, хватит смелости, то слушай и делай в точности так, как я говорю:
вечером, перед закатом, отыщи узкую лестницу, ведущую с площади Массийон к верхнему городу, поднимайся выше, как можно выше стараясь не подскользнуться на гладких камнях, не бойся спящих в развалинах старого замка безобидных летучих мышей и печальных привидений, с высоты посмотри вокруг - ты увидишь, что город - всего лишь остров, что за его стенами волнуется море и на волнах ждут отправки в далекий путь корабли.

DSC_5500

Collapse )
На всех фото - Hyères-les-Palmiers
yellow

По течению

У меня есть причины любить нынешнюю весну

эта весна щедра на туманы. В городе они жидки и почти незаметны, как пенка на слабом кофе, но стоит углубиться в виноградники, как туман обнимает со всех сторон густым молоком, зачаровывает. Деревья, велосипедисты, ранние прохожие, собаки выныривают из белизны, разминаются, не замечая друг друга, и снова исчезают.Туман рассеется только к обеду, я знаю по опыту, а пока за моим окном еле видны голые силуэты виноградников и приморских сосен и нет горизонта, совсем.

эта весна тороплива и непостоянна. Туман сменяется ярким июньским солнцем, по обочинам дороги уже распустились маки, а вокруг дома выросли целые заросли нежно-голубых ирисов. Слива, миндаль и персиковое дерево сбросили цвет и оделись в листву, пришла очередь цвести оливе, перечному дереву и дикому апельсину.

эта весна беззаботно раздает знаки и обещания. Я много жду и многого ожидаю. Мне перебегают дорогу полевые мыши, дикие кролики и стада овец, а на прошлой неделе я встретила человека на новеньком велосипеде пенни-фартинг.

Вот вам мое весеннее заклинание: плывите по течению и пусть оно будет нежным: не слишком быстрым, не слишком холодным, мимо песчаных пляжей, зеленых берегов, на которых пасутся лошади, сказочных обрывов. И пусть оно вынесет к морю.



Collapse )
yellow

Летняя сказка

Эта сказка поселилась в моей голове в прошлом году, в начале июня, прожила в ней длинное, жаркое лето и только пасмурным днем шестого марта нашла себе продолжение. Пусть летняя сказка в начале весны будет хорошей приметой, да?

Collapse )
yellow

Сказка о метаморфозах

Несмотря ни на что подошел третий Адвент. Постарайтесь за новыми и старыми заботами не забыть о мандаринах, орехах, подарках и нежности к тем, кто вас окружает. Нежность нынче в большом дефиците.


Картинка авторства anise_apple.

Collapse )
yellow

Осеннее заклинание

Милое мироздание, пожалуйста, подари мне лошадь - рыжую лошадь с белой звездой во лбу.
Я назову ее Сентябрь и буду кормить четвертинками красных яблок и сладким клевером. Я буду вычесывать из ее гривы дорожную пыль и шептать ей на ухо сказки. Я буду ездить на ней без седла, куда ей захочется, вслед за попутными звездами.

Когда Сентябрь возмужает, я назову ее Октябрем. Я подкую ей копыта золотыми подковами и укрою от дождя и ночного холода накидкой, набитой перьями улетающих птиц. Я буду расчесывать ей гриву золотым гребнем и петь ей на ухо дорожные песни.

Когда Октябрь состарится, я назову ее Ноябрем. Я построю ей теплую конюшню, такую просторную, чтобы хватило места воробьиным гнездам и укрытиям ящериц. Я буду расчесывать ее седеющую гриву серебряным гребнем и петь ей на ухо зимние колыбельные.

А когда выпадет первый снег, мироздание, я отдам тебе мою лошадь. Запряги ее в легкие сани и поезжай поскорее к тем, кто ждет от тебя подарков.


DSC_1697

Collapse )
yellow

I need help, очень need (Красноярск)

Я раньше даже не знала, где в ЖЖ кнопка "перепост" и надеялась никогда ей не воспользоваться, но мимо истории Оли и найденных ей четырех котят я пройти не могу. Слушайте, может кто-то из тысячи с лишним время от времени интересующихся этим журналом людей живет в Красноярске, или имеет там друзей и хочет котенка?? Очень срочно!
Пожалуйста.

И знаете... кажется каждому из нас однажды пригодится эта самая кнопка...

Postée à l'origine par olya333 sur I need help, очень need (Красноярск)
А вчера часов так в десять вечера пошли мы прогулять собак своих. Темно уже, на улицах совсем мало прохожих. Зато прелестей российского архитектурного устройства во множестве: забор школьного двора, спутанные, в беспорядке заросшие кусты, подвалы, горы мусора и темнота. И вот продираемся мы, значит, сквозь эту темноту, куда-нибудь под фонарь, где посветлее, и вдруг из самой темноты, из гущи – пищит. «Боже, котенок!» - сказала мама и схватилась за сердце.

Котенок, орущий сквозь ночь на улице, - это картина, в общем-то, не требующая дополнений: каждому понятно – котенку нечего делать на улице ночью. И если котенок орет на улице, значит это брошенный котенок. Тут еще подошла знакомая дама с собакой ретривером, она соседка наша, и мы полезли в кусты искать, где же орет котенок.

Я нашла его в яме – такая яма, в которой когда-то хотели делать подвал. Но по какой-то причине подвала там не сделали, и со временем набросали туда доверху мусора – палок, пустых бутылок, пищевых отходов. В общем, нормальная такая выгребная яма прямо рядом со школьным двором. И вот в этой яме я его и увидела – маленький-премаленький котенок сидел там внизу, и не мог оттуда выбраться.

- «Идите сюда, я нашла его», - я лезу его доставать.
- «Да здесь еще один!» - это хозяйка ретривера отзывается из кустов.
- «То есть вы хотите сказать, что здесь не один котенок?» - у меня задергался глаз.





Collapse )
yellow

Шарлотта и ее сестры: первая хеуортская война

Преподобный Артур Белл Николлс любил собак. На протяжении долгих семи лет он ежедневно отводил на прогулку мастифа Хранителя и сеттера Флосси. Но времена изменились - Хранитель умер, а старый бедняга Флосси сидел взаперти. Откуда ему было знать, что его компаньону отныне заказан вход в пасторский дом?

В провинциальном Хеуорте бушевали страсти, достойные лучших викторианских романов. Деревня ополчилась на младшего священника, пастор писал ему письма, полные яда, и требовал его немедленного увольнения, младший священник смиренно подставлял вторую щеку. Ходили слухи, что он болен, отказывается от еды, не выходит из комнаты.

Будь он героем одного из шарлоттиных романов, она бы открыто встала на его защиту - одна против всех, она бы убежала с ним под покровом ночи и обвенчалась бы в маленькой часовне на перекрестке дорог. Но ее чувств хватило на жалкую записку: "Я сожалею о словах моего отца, причинивших Вам боль. Мужайтесь." Шарлотта убежала из дома одна.

За долгие месяцы хеуортской войны она навестила всех своих друзей, путешествовала, искала повод не возвращаться, а когда, исчерпав все поводы, приезжала домой, то находила ту же картину: замкнутый, мрачный и измученый мистер Николлс и брызжущий ядом в его адрес отец. Лучше бы ему было уехать, думала Шарлотта и мистер Николлс как будто услышал ее мысли. Он решил уплыть в Австралию, миссионером, но передумал в последний момент - Австралия означала окончательный и бесповоротный отказ от любимой женщины.Тогда он уехал куда глаза глядят.

"Кажется, я несу наказание за то, что сомневалась в бедном мистере Н. и истинности его чувств. На нынешней троичной службе я получила свой урок. Он заикался, забывался, затем замолчал, он стоял передо мной, перед всем собранием, побледневший, дрожащий, не владеющий собственным голосом - слава Богу, что папа не видел этого! Джозеф Редман прошептал ему что-то, он собрался с силами, но так и шептал и спотыкался на протяжении всей службы. Я знаю, что он думал: это последняя служба, он уедет через неделю или две. Я слышала женские всхлипывания в собрании, я сама не могла сдержать слез.
Папа узнал о произошедшем от Джозефа Редмана или Джона Брауна - его реакцией был гнев и эпитет "слюнтяй". Сострадания в нем не больше, чем сока в сухих ветках в камине."


Люди непостоянны, возмущение и гнев против мистера Николлса сменились в Хеуорте сочувствием и сожалением о его скором отъезде. За недели, предшевствовавшие его отъезду, с ним попрощался почти весь город. Мистер Николлс дождался самого последнего дня и снова пришел в пасторский дом.

"В столовой красили стены и убирали - он не нашел меня там. Я ни за что не вышла бы в гостинную попрощаться с ним в папином присутствии. Он ушел, не надеясь меня увидеть, поправде говоря, до самого последнего момента мне казалось, что лучше расстаться так, не прощаясь. Но увидев, что он дольше обычного задержался у ворот, и вспомнив о его долгих страданиях, я набралась смелости и вышла во двор, несчастная и дрожащая. Он стоял там же, прислонившись к калитке, почти в конвульсиях, рыдая так, как никогда не рыдала ни одна женщина. Я подошла прямо к нему. Мы почти не говорили, и то, что мы сказали, было едва понятно. Все, что я собиралась сказать ему, о чем спросить, сразу же исчезло из моей памяти. Бедняга! но он просил о надежде, об ободрении, которое я не в силах была ему предложить. И все же... я уверена, что теперь он знает, что я не была слепа и равнодушна к его постоянству и скорби... Так или иначе, он уехал - навсегда - конец истории."